Победить тревогу, страх

Страх – это следствие недоделанной работы над собой

— Андрей Николаевич, сегодня множество людей мучаются различными страхами, как имеющими под собой какие-либо объективные основания, так и надуманными, иллюзорными. Люди боятся нападения на улице, тяжелых болезней, боятся потерять работу, своих близких, бедности и многих других вещей. Иногда страхи бывают так мучительны, что толкают людей к самоубийству. Скажите, пожалуйста, на ваш взгляд, существует ли какая-либо общая природа и общие причины у всех страхов, от которых страдают наши современники?

— Когда мне было 12 лет, я бегал каждый день от школы до дома. Бегал для того, чтобы избежать столкновения с очередной бандой мелких дебилов, которые могут меня отдубасить. Я был реальным трусом. Мне было реально страшно. И единственное, что меня спасало, так это то, что я постоянно бубнил самодельную деревенскую молитву. Поразительным образом, тот ужас, с которым я жил, миновал. Я был здоровым, крепким парнем, и я не боялся смерти, но я был омерзителен самому себе в своей трусости. Та степень презрения, которую я к себе испытывал, была ужасающей. «Зачем же я родился? Кому же я такой нужен?» — думал я все время.

Я не сломался, я начал ворочать какие-то железяки, начал тренироваться. Я не раз, в том числе в книге «Как закалялась сталь – 2», рассказывал о том, что было со мной дальше.

У каждого в подобной ситуации только два пути: либо в бездну, во тьму, либо к свету. Люди, сидящие на табуретке и спрашивающие: «скажите мне, пожалуйста, волшебное слово, чтобы я перестал бояться!», «а нет ли у вас какой-нибудь волшебной таблеточки от страха?» или «а, может быть, вы посоветуете мне книжечку почитать?» удивляют меня подобной постановкой вопроса. Мордой, сука, об стенку, а не «книжечку почитать»!

«Я просто физически не могу ударить человека!» — иногда слышу я. Отвечаю: «Да тебя просто не били никогда! Тебя ногами не пинали! И поэтому ты не можешь ударить человека». Я столько получил за всю свою жизнь, сколько вы не съели хлеба. Поэтому когда я слышу это все, я понимаю только одно: люди, задающие эти вопросы, выросли в инкубаторе, бегали там от стенки до стенки и вдруг, только когда выросли, увидели мир, который находится снаружи. А мир этот не добрый совсем. А к Богу эти люди за всю свою жизнь не пришли, а ведь надеяться только на Бога можно, как надеялся на него я, тот самый двенадцатилетний подросток.

Не вру, молился! Страшно было так, как не было потом никогда. В окопе атеистов нет. И все ребята, воевавшие со мной, все знакомые мне ветераны горячих точек говорят «Верую!» Не все так, как верю я, кто-то иначе, по-своему, но в основе своей они все православные люди.

Какое счастье видеть своих православных братьев! Пришедших к вере не потому, что их оболванили какие-то там гипотетические «попы», наврав им и одурманив им голову, а потому, что в окопах атеистов нет! И у каждого из нас собственный фронт и собственный окоп. И мы не можем там выжить, будучи атеистами. Если вам страшно и вам есть чего бояться, понадейтесь на Бога! Поищите у Него ответы и силы, которые Он может вам дать. И поверьте, они дарованы вам будут. Ищите и обрящете. Нет большей силы, чем Его сила. Не надо думать, что Господь встанет за вас грудью, нет: ваша грудь надуется. Не гордостью, достоинством за поступок, за свой шаг вперед.

В наших душах идет война, идет 2000 лет. Как можно победить духовного врага, не имея чести и доблести? Эти честь и доблесть нужно сначала вымолить у Господа, а потом сделать все, что их не уронить, не потерять. Вот и весь секрет. И что здесь жевать сопли? Мучает страх? Да вперед, делай хоть что-нибудь! Делай именно то, чего боишься!

Еще семь лет назад я собирал бутылки. На полном серьезе. Прямо на улице Ушинского, где находится сейчас наш зал. И я не думал о том, что со мной может произойти дальше, что со мной может случиться что-то еще более страшное, чем уже тогда случилось. Мне говорили: «Тебе надо чем-то заниматься». И я занимался. Я занимался карате.

Более глупого поступка в России придумать невозможно: на занятиях карате у нас невозможно заработать деньги. У меня и сейчас нет учеников. У меня всегда пять-семь человек в зале. С которых я денег не беру. Я даже зал им предоставляю за свои деньги. Я и тогда, в те трудные для себя времена, так делал. Я бесплатно проводил семинары. Я не думал о том, как бы стрясти как можно больше денег со всех, кто приходит ко мне, потому что я понимал, что мне так нельзя делать. Я понимал тогда, что если остановлюсь, то просто сойду с ума от ужаса, потому что потерял столь серьезное для меня состояние, после потери которого другие люди просто не выживают. Оно составляло в районе пяти-семи миллионов долларов активами. Это был девяносто седьмой год. И после этого я жил на шестьдесят долларов в двухкомнатной съемной хрущевке, по первому этажу которой бегали крысы. И жрать было нечего. Я покупал на обед хлеб и жарил его на масле. И кто-то расскажет мне, что он лучше меня знает, что такое плохо? Смешно.

Я просто пер вперед. Без фантазии. И вы сделайте для себя хоть что-нибудь, если не знаете, что делать. Ну хоть что-нибудь! Хотя бы постригитесь! Почистите ботинки! Делайте, делайте, и, сделав первый шаг, вы сделаете второй, третий, четвертый, пятый и в конечном итоге выпрямитесь. Не будете выпрямляться – задавят. Делайте хоть что-нибудь и молитесь, чтобы Господь даровал вам силы на дальнейшее делание. Поверьте – дарует.

— Скажите, почему же люди, даже имея время и силы задуматься над различными конструктивными выходами из тех ситуаций, в которых они находятся, все равно пребывают иногда в состоянии того глубокого отчаяния, которое мешает им исправлять свое положение? Есть ли кроме лени или неверия другие факторы, которые мешают людям сделать правильный выход, подталкивая их к катастрофическому решению покончить c собой?

— Есть замечательный человек, зовут его Стив Джобс. Он основатель компании Apple. Когда я слушал его знаменитый пятнадцатиминутный спич перед студентами университета, я думал, что у меня просто сердце разорвется. Спич звучал примерно так: «Мне не повезло еще до моего рождения. Мои родители ждали девочку, а родился мальчик. Меня решили отдать на усыновление, потому что моя мама училась в колледже, и ей не нужен был ребенок, поэтому она захотела его кому-нибудь отдать. И вот поскольку я родился не девочкой, а мальчиком, вместо того, чтобы жить в своей богатой семье, я попал в чужую семью к людям, которые не были образованы. Мои новые родители всю жизнь копили деньги, чтобы я смог попасть в колледж. Этих денег хватило только на один семестр обучения, потому что я выбрал самый дорогой. Я вылетел из колледжа, не закончив его». И дальше он рассказывает о череде фатальных неудач, которые любого человека на его месте растоптали бы до состояния дорожной пыли. Самая страшная из них случилась тогда, когда совет директоров компании Apple, созданной Стивом, уволил его. Стив пытался сохранить свой пост, он понял, что заигрался, что слишком увлекся технологиями и производственным процессом, упустив управление компанией, но тщетно: его выкинули, как старые трусы. Оказавшись на улице, он понял, что проиграл самую важную схватку в своей жизни. Он потерял то, на что потратил многие годы. Он расстроился, и понял одну вещь: когда ты падаешь, то поверни голову налево и направо: возможно, Господь таким образом опустил твою голову до уровня той самой щелочки или норки, в которую тебе стоило бы заглянуть. Он создал компанию Pixar, которая сделала первый в мире компьютерный мультфильм. И он создал компанию, которая занялась компьютерными гаджетами. И он вернулся в Apple, не нуждаясь больше в том, чтобы унижаться перед советом директоров этой компании, вернулся как победитель, «на белом коне». И сегодня, под руководством Стивена Джобса, компания Apple, без него сдавшая свои позиции, снова – лидер рынка новых технологий, в том числе и по прибыли. И после всего этого Стивен заболел раком. В неоперабельной форме. Ну, куда еще больше? И только когда все это произошло, Стивен встретил женщину, на которой он женился и с которой сегодня живет.

Где здесь лучезарное счастье, где везение? Череда фатальных неудач, которая могла растоптать любого человека, не сломила Джобса. И он благодарен каждой из этих неудач.

Я постоянно всем говорю: радости не оставляют ничего, кроме эйфории и необъективной и эмоциональной оценки произошедшего. Любая ваша неудача – это огромный шаг вперед, потому что вы ее пережили. И когда вы говорите, как вас звать, вы всегда мысленно оборачиваетесь назад и вспоминаете, что пережили это, это и это. И если с вами случится еще одна неудача, вы будете уже лучше знать, как вам себя вести. Господь милостив: сегодня он даровал вам испытание, которое вы будете вспоминать долгие годы, гордясь тем, что вы его пережили. И нет ничего такого, что вы не сможете провернуть. Кроме одного: если вы раскисните, как медуза на солнце, то человеком вы себя, даже если выживете, чувствовать не сможете. Убойтесь остаться медузой на солнце! Сделайте хоть что-нибудь. Совершите любую глупость или ошибку! Но делайте хоть что-нибудь. И поверьте, у вас все получится. По-другому быть не может.

— Андрей Николаевич, когда мы с вами говорили об уличном насилии в ходе одного из предыдущих интервью, вы говорили о том, что беспомощное состояние ступора возникает как следствие процессов биохимии крови, в свою очередь инициируемых нехваткой информации о той проблеме, с которой жертва столкнулась. Что бы вы могли сказать о механизме возникновения и причинах страхов, не связанных с какой-то сиюминутной критической ситуации вроде нападения на улице или кораблекрушения: о страхе перед кредиторами, страхе потерять работу, страхе потерять своих близких?

— Что есть страх? Страх – это наша реакция на дисбаланс между воображаемой опасностью и предполагаемыми возможностями по противодействию этой опасности. Страх представляет собой состояние ментальное, он никогда не бывает объективным. Страх всегда связан с тем, что не изведано нами. Вы знаете, был такой интересный прием, когда, ведя переговоры с должниками, чтобы довести их до истерии, начинали периодически им звонить, и не говорить с ними, не пугать их, а просто молчать в трубку. Информация, какая бы то ни было, дает почву для осмысления ситуации и принятия конструктивных решений. Информация – это оружие. Отсутствие информации дает гипертрофированное развитие тех или иных страхов. Поэтому если вы боитесь мышей, то будьте любезны, ведите себя в зоомагазин и смотрите на мышей. Вы боитесь насилия? Замечательно! Например, я сейчас тренируюсь в составе петербургской сборной по тайскому боксу. И вдруг поймал себя на мысли, что я стал моргать на удары соперника. Это не проявление малодушия, это та сама охранительная реакция организма, которая вполне объяснима и ничего предосудительного в которой нет. Но мне это не нравится, потому что я чувствую себя омерзительно в этот момент. Что я делаю? Очень просто: в конце каждой тренировки я встаю около стенки и прошу следующего бойца побить меня по голове в перчатках. Я, соответственно, защищаюсь. При этом в начале, в середине или конце раунда, на мое усмотрение, я просто отдаю свою голову. Посмотрите на мое лицо – это результаты тренировки. Я не обманываю. Я действительно наполучал сегодня по лицу от одного белоруса, хорошего тайца, который участвовал недавно в нескольких крупных турнирах. Сначала он не мог понять, что происходит и зачем мне это надо. Зачем? Да я после этого моргать не буду!

Вот мой подход. Я не могу сказать, что он правильный, я не могу навязать его всем. Но я моргать-то не буду. Я для этого делаю все. Люди, которые ничего не делают, а потом говорят, что у них какие-то проблемы, неразрешимые трудности… Да они просто говорят неправду.

У нас с вами нет другого выбора кроме как стать сильными. Нас поставил на эту грань Господь, так будем любезны выдержать экзамен. Будем любезны найти решение. Например, получить в харю от этого белоруса. В течение шести минут, когда он работает по тебе, как по мешку, и не сбежать никуда: сзади стена. И не уклониться. Так вот я сам себя к этой стене загнал. Себя в пример приводить не очень хорошо, но уж больно понятный пример.

Во всем так, во всем. Ввяжитесь в драку, в любую, в духовную или физическую. А дальше разберетесь, что с этим делать. Деградация – это дорога вниз, в пропасть. Мы обречены всегда двигаться, или вверх или вниз, посередине еще не оставался никто. На заборе не усидишь, жопу больно, колья.

— Андрей Николаевич, правильно ли я понял вас, что любой из возможных человеческих страхов можно рассматривать как реакцию мозга на недостаток информации?

— Абсолютно верно.

Страх – это неосознанная деятельность. Под отсутствием информации я подразумеваю не только и не столько отсутствие теоретических знаний, сколько отсутствие опыта, который накапливается у нас в подкорке. Предмет нашего страха – это раздражитель, который бессознательно вводит нас в состояние охранительного торможения. Так вот, чем чаще мы с этим раздражителем встречаемся, тем больше мы понимаем, что это ерунда, что если мы пережили встречу с ним в прошлом, то переживем и в этот раз. Поэтому здесь, говорю еще раз, необходим опыт, опыт и еще раз опыт.

Вы знаете, я очень боялся высоты. У нас в Челябинске, где я вырос и учился, был замечательный карьер, оставшийся от разработок гранита, который залило водой. Получилось озерко с очень высокими гранитными стенами, с которых прыгали все местные пацаны. Высота стен кое-где достигала пятнадцати метров. Смотреть сверху вниз было невыносимо. Но надо было прыгать: неудобно, ведь люди смотрят. Что я делал? Я залезал сначала на двухметровый обрыв, и прыгал с него. Потом прыгал с трех, пяти, семи, девяти метров. Прыгал с одиннадцати. Теперь если я вижу скалу над океаном, я без размышлений прыгаю с нее вниз. Есть фотографии, глядя на которые я не очень верю, что спрыгнул с тех высот, которые на них можно увидеть.

Так я себе доказываю, что я тот самый парень, который смог это сделать в прошлом и может это сделать сейчас. Я понимаю, что это, наверное, не очень умно и уж точно это не очень здоровый образ жизни. Но я каждый раз проверяю себя: а тот ли я парень? Вроде пока тот. Но начинал я с двух метров. Потихоньку, не спеша. Не надо резких перемен, не стоит надеяться стать совершенно другим за один день. Революционные преобразования совершенно недопустимы в этой связи. Необходимо эволюционировать, поступательно продвигаясь в указанном себе направлении. Укажите его себе и двигайтесь, но только перед тем, как двигаться, убедитесь, что избрали направление для своего движения правильно. Метаться из стороны в сторону тоже недопустимо: броуновское движение еще никого не приводило к цели.

— Получается, что любой человек, сознательно приобретая опыт в том, чего он боится, может побороть свой страх?

— Обязан, просто обязан. Если он продолжает бояться, то пусть двигается еще дальше. Вы не поверите, все бойцы, которые выходят на ринг, татами или восьмиугольник, боятся. Потому что это нормальная реакция организма. Не боящегося человека не существует. Только кому-то страх помогает мобилизовать свои силы, а у кого-то страх вызывает энергозатраты в виде так называемой предстартовой лихорадки, тремора и, соответственно, ступора. А тут, как говорится, на вкус и цвет товарищей нет, но лучше уметь, чем не уметь, лучше знать, чем не знать. Волнение может сохраняться даже у людей, обладающих умением и опытом, но умения и опыт снизят его до возможно менее вредных для нашей способности принимать решения и действия уровня.

— Где та мера движения вперед навстречу страху, которая необходима для его преодоления? Сколько работы над собой достаточно?

— Когда я вижу человека, который напуган, я хочу буквально закрыть его собой, потому что передо моим мысленным взором появляется тот самый маленький Андрюшка Кочергин, который боялся всего. Я, может быть, так и не вырос, я так и остался в чем-то тем же самым ребенком. Я всю свою жизнь доказываю себе, что я не боюсь. Я действительно не боюсь очень многих вещей, даже сам поражаюсь этому. Это стало делом моей жизни. Я должен себе постоянно доказывать, что я не боюсь, потому что это позволяет мне двигаться вперед.

Страх, если мы его испытываем, – это проявление нашей недоделанной работы над самим собой. Недоделанной в духовном плане, недоделанной в физическом отношении, и в отношении своего жития в целом. Страх – это проявление всех наших ошибок, которые неожиданно обрушиваются на нашу голову. В этом состоянии смешивается все: не отрегулированная тренировками биохимия, психика, духовность, которые сливаются в негативный ком, который обрушивается на вас. Но не надо долго ковыряется во всем этом, анализировать свой страх на молекулярном уровне. Поступайте проще: живите так, чтобы преодолевать то, что вам мешает. Только помните об этом постоянно, иначе все равно ваш страх вас догонит.

Приведу простой пример. У меня спрашивают: как перестать испытывать страх перед уличной дракой? Я отвечаю: а о чем вы думаете, говоря об уличной драке? Я вам скажу, о чем вы думаете: о том, как вам набьют морду. А если вы – заслуженный мастер спорта, чемпион нескольких олимпиад и чемпион мира по боксу, то вы не боитесь драки знаете почему? Потому что вы не собираетесь получать, а собираетесь сами надавать, морду наколотить кому-нибудь. Что теперь страшного в уличной драке? Только юридическая ответственность. Вот что надо сделать, чтобы не бояться уличной драки. Надо думать не о получении, а о том, как вы сами навешаете своим противникам. Только чтобы благополучно думать так, нужно перед этим провести соответствующую работу: духовную и физическую. И биохимия вашей крови наладится, и психика станет более устойчивой и менее склонной к охранительному торможению. Вот пример того, как избежать страха. Работой.

Недоделанная в нескольких направлениях работа это и есть основа для страха. А страх – это еще одно оружие дьявола, это часть падшей природы человека, нарушенной Адамом. В раю до падения у Адама и Евы никакого страха не было, пока они не искусились. И у человека верующего страха не может быть. Почему? Потому что если Господь с нами, то откуда страх? Уныние есть тяжкий грех, и страх есть тяжкий грех. Православные не боятся ничего. Если с нами Бог, то чего нам опасаться? Чтобы не случилось с нами, все происходит по воле Его, которой мы предадимся без страха, но с упованием на Господа и милость Его.

— Среди психологов и в обществе в целом распространено мнение, что кроме вредных для человека страхов есть еще страхи полезные. Каким образом храбрость сочетается со страхом: храбрый человек – это тот, кто не боится ничего или, по крайней мере, постоянно уменьшает количество своих страхов, или даже самая выдающаяся храбрость предполагает наличие страхов, ограждающих человека от безрассудства и ошибок?

Замечательная тема. Существует такая теория вариативного отношения к ситуации, которая как раз говорит об этом. Есть один интересный пьющий человек, который преподает в Петербурге рукопашный бой. На одном интернет-форуме он открыл тему, которую озаглавил «Полезный страх». Рассуждал он приблизительно таким образом: «Если я, например, вижу, что мне явно не удастся победить моих противников, то я убегу от них. Если я иду по улице со старенькой мамой, и на меня напали, то я сдуюсь, постараюсь уладить дело миром, чтобы моя мама не пострадала, и мы с ней остались живы и здоровы». И так далее. Но во всем этом не была учтена одна вещь: если только развитие сюжета происходит по плану агрессора, то это поддерживает его в собственной ролевой игре. И он доделает свою историю до конца. Если кто-то к вам пристал на улице, когда вы шли по ней с мамой, значит, он преследует какую-то свою цель. Откуда вы знаете, какая она? Может быть, он решил посмотреть, что находится внутри вашей головы. Кто вам сказал, что сдувшись, вы спасете свою маму и себя? Почему вы передаете своими собственными руками свою жизнь, здоровье и честь в руки какой-то банды?

Я своими глазами видел человека, который неожиданно для группы агрессивно настроенных подростков проявил какую-то жесткость и резкость, и моментально вся ролевая игра этих ребят была разрушена, и они с уважением к этому человеку скоро ушли. Потому что, услышав какой-то резкий ответ этого человека, они поняли, что он готов идти до конца, а им идти до конца было совсем не надо.

Поэтому получается так: зачем выдумывать тысячи различных ситуаций и развитий их сюжетов, если достаточно идти одним путем и с одной систематикой. Понимая, что смелость – это не любование собой в зеркале и не аплодисменты старушек, сидящих около парадной, а это то, что поможет вам выжить. Это то, что позволит вам не вляпаться в историю и не привлечь к себе людей недостойных, агрессивных и глупых. Потому что при всей своей агрессивности и глупости людям обычно свойственно понимать меру допустимого для них. В этой связи я лично ношу в кармане нож, и если я окажусь в ситуации, где мне придется отдать свою жизнь, то я отдам ее только с большим ответом на заданные мне вопросы, вполне допуская, что она все равно может быть кем-то забрана. Но я очень постараюсь, чтобы не безответно. Я, взрослый, здоровый человек, тренирующийся каждый день, ношу с собой нож. Потому что их может быть и пять, и семь и как угодно может быть. Но просто так я не уйду. И это понимание того, что я не буду вести себя как сопля, висящая на солнце, дает мне такое спокойствие в душе, что никакого страха у меня нет. Я сумею отгавкаться, даже уйдя с этой планеты. Такое бывает, и некоторые мужчины уходят легко. Я это видел не раз.

— Что же тогда называют страхом Божиим? Почему православные, которые, по вашим словам, призваны не бояться ничего, тем не менее, должны бояться Господа?

— Страх Божий – это страх оскорбить Отца недостойным своим поведением. Мы не боимся мести или наказания Бога, мы опасаемся Его расстроить. И это опасение запрещает нам совершать мерзкие поступки. Мы не боимся грозы, забиваясь под кровать. Мы не боимся, нашкодив, что Бог нас видел и отомстит. Мы не шкодим, понимая, что «сверху» все видно гораздо лучше, чем здесь на земле. И раб Божий – это человек, который всецело полагает себя в руки Бога, но при этом совершенно не является безропотным существом. Нам дана свобода воли, мы вольны поступать в нашей жизни так, как нам хочется. Но эта воля и свобода даны для того, чтобы мы могли соединить их с волей Бога. А страх Божий – это то, что позволяет нам оставаться в канонических представлениях о допустимом и недопустимом в том, что мы исповедуем. Не более того. Наш Бог нас не пугает ничем.

Кстати, кто-нибудь когда-нибудь видел демонов в буддизме? Демонов, которые пожирают пороки людей. Это натуральные черти, посмотрев на изображения которых понимаешь: вот где пугают! Вот где «страх божий» в том ошибочном понимании, в котором его приписывают православным. В буддизме! Почему никто не вспоминает ничего дурного о буддизме? Да потому что считается, что против него бороться не стоит. А с православием борются все, кому не лень. «Рабом Божиим» и «страхом Божиим» нас постоянно тычут, не понимая значения этих понятий и контекста в котором они существуют.

Страх Божий – это страх оскорбить Создателя своим идиотским поведением, мера нашей ответственности перед Ним, страх того же рода, как страх обидеть папу или маму. Боимся ли мы своих папу и маму? Боимся их расстроить, не более и не менее чем.

Отсутствие страха Божия в земной жизни приводит к другому страху – страху, с которым придется отвечать на Страшном суде. Когда смотришь на некоторых странных людей – коррумпированных милиционеров, безумных бандосов, вульгарных политиков, то не понимаешь: как же они не боятся умирать? Что они ТАМ говорить-то будут? Как не страшно-то им? Умрешь – и что будешь делать? Вот поэтому, чтобы не бояться, очень нужен атеизм, и поэтому такие люди являются атеистами, чтобы думать о том, что за смертью их ждет пустота.

Нет, Бог – есть, и это самое большое открытие, которое человек должен для себя сделать. Сделав его, находишь ответы на все вопросы, и все укладывается само собой так, что и выдумывать ничего не надо, и искать больше ничего не надо. Все есть в православии, чтобы понять, что нужно делать со своей жизнью, как, зачем и куда жить. Бог – есть. Аллилуйя!

© Pobedish.ru




( 1 голос: 5 из 5 )

227


Андрей Кочергин

Андрей Кочергин

отзыв  Оставить отзыв   Читать отзывы

  Предыдущая беседа

Следующая беседа  



Версия для печати Версия для печати


Смотрите также по этой теме:
Как победить страх (Дмитрий Семеник)
Анатомия страха (Кризисный психолог Михаил Хасьминский)
Антидепрессант №1 (Дмитрий Семеник)
Как правильно переживать за близких (Дмитрий Семеник)
В основе всех страхов – страх смерти (Психолог Елена Орестова)
Духовные оружия против страха (Протоиерей Игорь Гагарин)
Любой страх можно преодолеть через социальную позитивность (Психолог Александр Колмановский)
Не желайте зла. Психиатр — о том, как не сойти с ума в смутное время (Максим Малявин, психиатр)
Психологические и духовные методы преодоления навязчивых мыслей (Кризисный психолог Михаил Хасьминский)


Помочь нам

Самое важное

Лучшее новое

Чем помочь Родине
Кризисный психолог Михаил Хасьминский
Кризисный психолог Михаил Хасьминский

Как правильно оказывать помощь беженцам?

«Не волнуйтесь!», «Все будет хорошо!» говорим мы, нам кажется, что мы внушаем беженцам оптимизм, даем надежду. Мы не понимаем, что горюющий человек воспринимает это по-другому. Во-первых, он не видит ничего хорошего, а во-вторых не стремится к этому. Ему неважно, что будет потом, он еще не смирился со своей трагедией, она – как свежая рана. Кризисный психолог Михаил Хасьминский вернулся из командировки в Ростов-на-Дону, где он обучал специалистов работе с людьми, пострадавшими от военных действий на Украине. Он проводил семинар «Овладение навыками оказания психологической и духовной помощи людям, переживающим посттравматическое стрессовое расстройство». В зале военно-клинического госпиталя Южного военного округа были врачи, сестры милосердия и психологи.

Выживание во время войны
Кризисный психолог Михаил Хасьминский
Кризисный психолог Михаил Хасьминский

Психотерапевтические техники во время войны

В ужасных трагических и опасных обстоятельствах войны, чтобы адаптироваться и выжить, могут понадобиться дополнительные ресурсы. В таких случаях реальную помощь способны оказать быстродействующие психотерапевтические техники (используемые и специальными подразделениями), которые безопасны только при правильном их применении. Это несложные упражнения на воображение и самовнушение. К помощи воображения мы прибегаем в обычной жизни постоянно: при любой игре, прослушивании приятной музыки, просмотре кинофильмов. Любое искусство невозможно представить без элементов творческого воображения и перевоплощения. А самовнушение используется нами самостоятельно на протяжении всей нашей сознательной жизни.

Победить тревогу, страх
Протоиерей Игорь Гагарин
Протоиерей Игорь Гагарин

Духовные оружия против страха

Именно в Церкви человек обретает мир, покой, уверенность. У всех по-разному, но про себя точно знаю, что до моего прихода в Церковь, до того, как стал сознательно верующим, я по характеру своему был склонен переживать, тревожиться, и состояние тревоги, ожидания перемен к худшему было очень мне присуще. Помню, часто никуда не мог от этого тревожного состояния деться. Но с моим воцерковлением, когда я сначала стал просто верующим, принял крещение, стал читать молитвы, ходить в храм, исповедоваться, это состояние ушло. Сказать, что сейчас, когда я уже священник, мне тревога совершенно не свойственна, было бы неправдой. Бывает, и переживаю, и тревожусь о том, о чем не надо бы тревожиться, но это уже совершенно всё по-другому, несоизмеримо с тем, как это было раньше.

диагностический курс

© «Грозные дни». 2014. Группа сайтов «Пережить.Ру».
При воспроизведении материала обязательна гиперссылка на www.grozniedni.ru
Администрация - info(собака)grozniedni.ru. Разработка сайта: zimovka.ru
Настоящий сайт может содержать материалы 18+